Родители Козулина
Вчера познакомился с родителями Козулина. Честно говоря несмотря на то, что видел их многократно на разных фотографиях и видеороликах, представлял себе их совершенно другими. Ведь мерка с которой я к ним подходил бралась с сына. Я ожидал увидеть очень важных, напыщенных и преувеличивающих собственную значимость людей, а вместо этого перед моими глазами предстали простенькие белорусские дедушка и бабушка, весьма небогатые и без каких-либо претензий на «понты». Разговор получился тяжелым. Мама Ко смотрела на нас умоляюще-надеющимися глазами, она смотрела на нас как на людей способных достать ее сына из тюрьмы. И говорить ей про то, что в этом сложном политическом механизме от нас ничего не зависит, мы просто не имели права. И мы в тысячный раз рассказывали подробности про пикеты разрешенные Мингорисполкомом, про то, что простые люди активно подписываются в поддержку Ко, что одна старенькая бабушка даже посвятила Козулину стихотворение, которое собирается отослать в Жодино. Про то, что мы собираемся отсылать письма с подписями генеральному прокурору Миклашевичу. Она слушали и верила, верила в то, что это может помочь. Что помимо «верховной воли» одного человека есть в стране еще какие-то силы способные сподвигнуть систему на принятие решений. Она рассказывала как в далеких пятидесятых училась на историческом факультете Педагогического университета. Она рассказывала а я очень много думал. Из каждого ее слова об АВК исходила бесконечная вера в сына, в правильность его действий и его поведения. Я думал о том, какого было ее мировоззрение в годы когда Ко был у власти?. Теперь она не пропускает ни одного номера «Народной Воли», слушает Радио Свабода. А потом задумался какого быть матерью человека которого знает вся страна, за которого отдали свои голоса процентов 10 (на самом деле) то есть 600 тысяч человек. Что думает мать, сына которого полмиллиона человек захотели видеть в качестве главы государства. На прощание состоялся очень трогательный момент. Мама Александра Владиславовича насыпала в наши ладони горсти конфет. Это был так наивно и искренне. И я понял, что в этом грязном-грязном-грязно-грязном деле каковым действительно является политика еще встречаются такие чистые эпизоды